Sobre la organización del control de fuego del escuadrón del acorazado Peresvet
Представляемый вашему вниманию цикл посвящен эволюции организации artillería службы, управления огнем и артиллерийских учений Российского императорского flota за четыре года, с 1903 по 1907 гг. Вроде бы совсем небольшой промежуток времени, если не помнить, что по нему пролегла кровавая пощечина русско-японской войны. Полагаю, что сведения о том, как флот использовал опыт, полученный столь дорогой ценой, будет интересно уважаемому сообществу.
В основу данного цикла легли два источника. Первый — «Наставление командирам батарей, групп и плутонгов эскадренного броненосца «Пересвет», составленное артиллерийскими офицерами броненосца лейтенантами М. Римским-Корсаковым и В. Черкасовым и отпечатанное в 1903 г. в Порт-Артуре. Эта работа хорошо отражает состояние артиллерийского дела к началу русско-японской войны. Второй источник — «Правила артиллерийской службы на судах флота 1907 г.», изданный типографией Морского министерства в Главном Адмиралтействе.
Начнем, конечно же, с 1903 г.
Структура артиллерии – батареи, группы и плутонги
Артиллерия броненосца «Пересвет» делилась по калибрам на:
Артиллерия крупного калибра – четыре 10-дм пушки;
Скорострельная артиллерия среднего калибра – одиннадцать 6-дм и двадцать 75-мм пушек;
Мелкая скорострельная артиллерия – двадцать 47-мм и шесть 37-мм пушек.
На корабле присутствовали также два орудия Барановского, но они в данную классификацию не включались.
Коротко и ясно, но вот организационное деление артиллерии было более запутанным. В мирное время, вне боя, для «порядка судовой и артиллерийской службы», артиллерия делилась по батареям. Таковых на «Пересвете» имелось три: нижняя, верхняя и навесная, располагались они, соответственно, на батарейной, верхней и навесной палубах. При этом в одну батарею входили орудия разных калибров. Башенные 10-дм орудия, а также пушки, размещенные на мостиках и марсах, в вышеупомянутые батареи не входили и иных батарей не образовывали.
Что интересно – 37-мм пушки, предназначенные для вооружения сторожевых шлюпок, в состав навесной батареи входили, но пушки Барановского, которые, будучи установлены на десантные лафеты, также могли быть использованы для вооружения гребных барказов – нет.
В общем, батареи просты и понятны, но управлять батареей в бою оказалось бы весьма неудобно. Связано это с несовпадением углов обстрела орудий: возьмем, к примеру, шестидюймовки нижней батареи по правому борту. Та, что расположена в носу, могла стрелять в нос, но угол ее обстрела в корму был сильно ограничен, в то время как у кормовой шестидюймовки дело обстояло наоборот. Следовательно, в ряде боевых ситуаций орудия одной батареи не могли стрелять по одной цели и должны были рассредоточить огонь, что, естественно, сильно затруднило бы управление ее командиру.
Поэтому орудия делились на плутонги. Под плутонгом понималась совокупность орудий, способных действовать по одной цели на протяжении всего угла их обстрела (или близко к этому, хотя, как будет показано дальше, это условие не всегда соблюдалось). При этом плутонг мог состоять как из орудий одного калибра, так и из разнокалиберных пушек.
Нижняя батарея была поделена на пять плутонгов, в четыре из которых входила одна 6-дм пушка и две близкорасположенные к ней 75-мм орудия. Пятый плутонг включал в себя два 47-мм орудия, расположенных в корме, в адмиральской каюте. При этом орудия эти, будучи расположены побортно, хотя и могли вести огонь прямо по корме совместно, но в остальном их секторы обстрела не совпадали.
При этом плутонг мог включать в себя орудия разных батарей. Так, в нижней батарее, в самом носу располагались четыре 47-мм орудия, по два на каждый борт, однако самостоятельного плутонга они не образовывали. Они входили в так называемый «плутонг шпилевого отделения», куда, помимо них, включалось также погонное 6-дм орудие, размещенное палубой выше.
Что же до верхней палубы, то на ней располагалось четыре плутонга. Но, поскольку 6-дм орудий на данной палубе было шесть, то средние шестидюймовки включены были в состав носовых плутонгов, которые состояли, тем самым, из двух 6-дм и двух 75-мм орудий. Кормовые плутонги соответствовали таковым на батарейной палубе.
Что до пушек калибра 75-мм и ниже на навесной палубе, то они делились на 4 плутонга. В правый носовой входили 75-мм пушка над носовым казематом, две 47-мм пушки, размещенные одна на мостике, вторая над средним казематом, и две 37-мм пушки. Правый кормовой – 75-мм пушка над кормовым казематом, две 47-мм пушки на заднем мостике и на площадке около кормовой боевой рубки и одна 37-мм пушка.
Каждая башня главного калибра, а также артиллерия, расположенная на фор-марсе и грот-марсе, считалась отдельным плутонгом (т. е. четыре плутонга).
Всего, таким образом, артиллерия броненосца «Пересвет» делилась на 18 плутонгов. Четыре из них были сведены в группы. Правая носовая группа включала в себя правые носовые плутонги верхней и нижней батарей (то есть объединяла две 6-дм. орудия в носовом каземате и одну такую пушку в среднем, а также четыре ближайшие к носовому каземату 75-мм. орудия). Правая кормовая группа, соответственно, включала два 6-дм. орудия кормовых казематов и четыре ближайших к ним 75-мм. орудия.
Остальные плутонги в группы не соединялись.
Comando
Каждый плутонг имел своего командира, но по невозможности укомплектовывать броненосцы 18-ю артиллерийскими офицерами, последние командовали лишь десятью плутонгами. Это были, конечно, башни главного калибра, а также восемь плутонгов, включающие в себя 6-дм орудия (кроме погонного). При этом офицеры четырех плутонгов на нижней палубе являлись также и командирами групп, руководя артиллерией своего плутонга и плутонга на верхней палубе, расположенного непосредственно над ним. На четыре плутонга навесной палубы назначался один офицер, который считался командиром батареи. Прочими плутонгами командовали нижние чины: плутонгом в шпилевом отделении, включавшим в свой состав погонное 6-дм орудие, руководил артиллерийский квартирмейстер, остальными – старшие комендоры или комендоры.
У каждой батареи тоже был свой командир, на эту роль назначался старший офицер из тех, кто командовал плутонгами данной батареи.
Помимо офицеров, расчетов орудий и артиллерийского квартирмейстера — командира шпилевого плутонга, на каждую башню и батарею дополнительно полагался артиллерийский квартирмейстер — всего пять человек. В их задачи входило исправление повреждений орудий и помощь командирам плутонгов. Также на броненосце имелся резерв в виде артиллерийского кондуктора, который мог быть задействован в любом плутонге по необходимости.
Управление артиллерийским огнем
На «Пересвете» имелось три командных пункта, из которых можно было управлять артиллерийским огнем. Это были носовая и кормовая боевые рубки, а также центральный пост. Что же до связи с плутонгами, то таковой предусматривалось четыре вида:
1) Циферблаты;
2) Телефоны и переговорные трубы;
3) Звуковые сигналы;
4) Голосовая передача и ординарцы.
Рассмотрим их в порядке очередности.
Diales
Циферблатами оснащались все орудия калибром от 75-мм и выше. Информация передавалась на них посредством специальных магистралей, проложенных по жилой палубе, причем магистралей этих было две – по одной на каждый борт. Управление магистралями было разъединено, так что броненосец теоретически мог посредством циферблатов управлять огнем с обоих бортов одновременно. При этом орудия, способные стрелять на оба борта, а именно башни главного калибра и погонное 6-дм орудие, комплектовались двумя циферблатами сразу – по одному на каждый борт.
Как будет очевидно далее, одними только циферблатами нельзя было обеспечить управление огнем, поэтому они дополнялись звуковыми сигналами. При этом, чтобы различать на слух, какому борту дается сигнал, циферблаты правого борта оснащались звонками, а левого – ревунами.
Каждый циферблат имел три стрелки.
Стрелка расстояний – левая верхняя стрелка. С ней всё просто – она показывала расстояние с точностью до полукабельтова на дистанции 5 – 43 кбт.
Стрелка направлений – правая верхняя стрелка. С ней всё хитрее, так как она одна должна была передавать три указания.
Во-первых, по какому противнику стрелять. Для этого предназначены три радиально расположенные надписи «левый», «средний» и «правый», под которыми имелись в виду цели, как они видны из порта орудия. При этом, если цель одна, то стрелка не давала указаний вовсе, а вот если целей было две – использовались только «левый» и «правый». Если три – всё очевидно, а вот если целей оказывалось более трех, тогда, опять же, могли использоваться только указатели «левый» и «правый». В этом случае «левый» указывал на цель, находящуюся левее всех других, а «правый», соответственно, правее.
Во-вторых, эта же стрелка показывала ход броненосца с точностью до узла от 5 до 20 узлов. Конечно, «Пересвет» не мог ходить 20 узлов, но циферблат был именно таким.
Y por último, tercero. стрелка направлений указывала боеприпас, каковым следовало стрелять. Для 10-дм и 6-дм орудий это было «Бр» — бронебойный, «Фг» — фугасный, «Чг» — чугунный и «Сг» — сегментный. Для 75-орудий, у которых подобной номенклатуры не было, «Бр» и «Фг» были закрашены, а вместо них указывался «Ст» — стальной, а вместо «Чг» и «Сг» — соответственно, «Чуг» — чугунный.
Сигнальная стрелка имела три положения. «Др» означало «Дробь», это было приказание прекратить огонь. Надпись «К.Т.» означала «Короткая тревога» и сообщала комендорам о том, что сделан соответствующий звуковой сигнал, по которому требовалось вести беглый огонь по цели, пока последняя находится в углах обстрела орудия. Наконец, надпись «Пр» означала «Пристрелка» и сообщала о том, что корабль ведет пристрелку данным бортом.
Ревун (или звонок, но далее я буду писать — ревун) означал, что циферблат дает новое указание, и служил для привлечения внимания комендоров, но правила использования ревунов не были простыми и менялись в зависимости от типа стрельбы.
Для того чтобы уважаемому читателю было понятнее, опишу цикл подготовки к стрельбе, пристрелки и огня на поражение по левому борту. Управление огнем правого борта будет идентичным, за исключением того, что сигналы будут даваться не ревунами, а звонками.
Управление огнем циферблатом и ревунами
В самом начале боя, как только пробита тревога, все стрелки циферблатов придут в движение, пройдут полный путь и вернутся в первоначальное положение. Это необходимо для согласования циферблатов, никаких сигналов ревуном не подается, соответственно реакции комендоров на это не требуется.
Затем будет дан сигнал ревуном (здесь и далее — один сигнал для всех орудий, если не сказано иного), и стрелка направлений укажет боеприпас, которым следует стрелять.
Ревун — стрелка направлений укажет скорость броненосца.
Ревун — стрелка направлений укажет противника, по которому следует наводить орудия.
Одновременно с вышеперечисленным сигнальная стрелка без отдельного сигнала ревуна встанет на «дробь», то есть обозначит запрет ведения огня, пока не будет подан сигнал «короткая тревога» или «пристрелка».
В обычной ситуации бой начинается с пристрелки.
Ревун – сигнальная стрелка покажет «пристрелка» тому борту, который, собственно, и будет ее производить. После данного сигнала плутонговые командиры верхней и нижней батарей обязаны присутствовать в угловых казематах и лично контролировать наводку орудий.
Пристрелка ведется исключительно 6-дм орудиями верхней батареи, которых имелось на броненосце шесть, по три на борт, причем все они расположены в отдельных казематах. Звонковая цепь была устроена так, что в обычном случае ревун дается на все орудия одного борта сразу. Исключение — вышеперечисленные орудия, для них звонковая цепь позволяет дать ревун к отдельной пушке.
Итак, после того как дан ревун и сигнальная стрелка покажет пристрелку, происходило следующее:
Ревун — стрелка расстояний покажет расстояние до противника. Покажет всем орудиям, так что все они должны быть наведены в соответствии с ранее полученными указаниями — к этому времени к ним должны быть поданы снаряды, соответствующие указанию, орудия развернуты в сторону цели. Угол вертикальной наводки определялся по таблицам стрельбы командирами плутонгов самостоятельно, и то же касалось и целика, если только он не был передан из командного пункта. Но тут нужно понимать, что циферблаты не предусматривали передачу целика, так что передан он мог быть только посредством иных средств связи с плутонгами.
Соответственно, по завершении всех указанных мероприятий все орудия борта, которым предполагается вести пристрелку, наведены на противника.
Двойной ревун к орудию в угловом каземате на верхней палубе – орудие производит выстрел.
Почему сигнал подается на орудие, расположенное в носовом или кормовом каземате, а не в средний каземат? Дело в том, что если по каким-либо причинам орудие, которому назначен пристрелочный выстрел, не может его произвести (поломка, выход из строя цифреблата и т.д.), командир плутонга уведомляет об этом расчет каземата на нижней батарее, который расположен прямо под ним, и выстрел производит орудие не верхнего, а нижнего каземата. У командира орудия среднего каземата такой возможности нет, так как под ним 6-дм орудия не имеется. Ему, чтобы сообщить о невозможности произвести выстрел, придется бежать до соседних казематов, что приведет к потере времени, устареванию данных по расстоянию и потому неприемлемо.
Таким образом, пристрелка обычно велась из 6-дм орудия, расположенного в верхнем носовом или же в верхнем кормовом казематах. Но как производился выстрел?
Поскольку обратной связи с командным пунктом система циферблатов не предусматривала, управляющий огнем должен был, после передачи сведений о дальности до цели, дать какое-то время на то, чтобы орудия могли выставить прицел, и только затем дать сигнал произвести выстрел. Даже с учетом этого двойной ревун не приказывал дать выстрел немедленно по получении, он лишь разрешал его произвести. Стрелять «пристрелочному» орудию следовало только тогда, когда оно будет к тому готово, то есть прицел и целик будут выставлены верно, поправка на качку выбрана и т. д.
Затем цикл пристрелки повторялся: один сигнал ревуна сообщал об изменении расстояния до цели (стрелка расстояний), двойной сигнал ревуна разрешал произвести выстрел. При этом, хотя стреляло только назначенное для пристрелки орудие, донаводились на цель все орудия борта, которые могли по ней вести огонь.
После того как дистанция до цели была уточнена пристрелкой, и управляющий артиллерийским огнем считал ее истинной, броненосец переходил на беглый огонь. Это делалось так:
Ревун – сигнальная стрелка показывает «Короткая тревога», то есть переход на беглый огонь. Он предписывал открытие огня всем орудиям, для которых указанная цель находилась в углах прицела и была досягаемой по расстоянию. Причем огонь следовало вести по готовности – сигналов произвести выстрел из командного пункта не подавалось. В то же время, стрелка расстояний продолжала передавать расстояния, на которые следовало ориентироваться.
Однако, в отличие от процесса пристрелки, изменение дистанции при беглом огне не сопровождалось сигналами ревуна. То есть комендоры у орудий при подготовке к каждому выстрелу должны были посмотреть на циферблат, увидеть актуальную дистанцию и, при помощи таблиц стрельбы, скорректировать прицел.
Когда управляющий огнем офицер обнаруживал, что вражеский корабль-цель вышел из-под огня, он давал ревун и переводил сигнальную стрелку на «дробь», после чего огонь прекращался. Затем описанный выше цикл повторялся, кроме настройки циферблатов, которая производилась один раз перед открытием огня.
Собственно, так и должен был протекать артиллерийский бой – в общем случае.
Пристрелочный огонь
В некоторых случаях, когда огонь велся на большие дистанции или же при плохой видимости, переход на беглый огонь после пристрелки не мог привести к устойчивому поражению цели. В таких условиях предполагалось вести так называемый пристрелочный огонь (именуемый также выдержанным, методичным). Суть его заключалась в том, что, когда пристрелка закончена, управляющий огнем офицер давал двойной ревун (звонок), что было сигналом для одновременного залпа из орудий калибров 10-дм, 6-дм и 75-мм по цели. Естественно, при этом не открывали орудия, у которых цель находилась вне углов обстрела и/или вне пределов дальности стрельбы.
Затем пристрелка возобновлялась в обычном порядке, а спустя некоторое время, когда все орудия были вновь готовы вести огонь, следовал двойной ревун — и новый залп.
Разделение огня
В ряде боевых ситуаций невозможно было поражать цель всеми пушками одного борта. Например, если цель находилась на остром носовом угле, она оказывалась вне углов стрельбы шестидюймовок кормовых казематов и кормовой 10-дм башни. В таком случае имело смысл сосредоточить огонь кормовых плутонгов на другой цели, и система управления огнем посредством циферблатов такое позволяла. Магистрали были устроены так, что циферблаты кормовой группы артиллерии можно было отделить от носовой: это и называлось разделением огня.
Разделить огонь можно было только из центрального поста. В этом случае носовая группа артиллерии и носовая башня переходили под управление из носовой рубки, кормовые – соответственно, кормовой. Управлять и носовой, и кормовой группами из одной боевой рубки было нельзя, но такая возможность сохранялась у центрального поста.
Достоинства и недостатки управления огнем по циферблатам
С точки зрения воззрений на управление артиллерийским огнем, существовавших в Российском императорском флоте в 1895-1905 гг., действующая на «Пересвете» система циферблатов была вполне современной и полностью отвечала стоящим перед ней задачам. Вести огневой бой далее 40 кабельтов не предполагалось, потому дистанции, которые передавались циферблатами, были достаточны. Пристрелку предполагалось вести из одного орудия, причем не беря цель в вилку, а на недолетах, последовательно приближая падения к цели. Все это циферблаты, звонки и ревуны эскадренного броненосца «Пересвет» вполне обеспечивали с достаточным уровнем резервирования.
Особо хотелось бы отметить возможность быстрого доведения комендорам изменения дистанции до цели. Она, эта дистанция, должна была измеряться при помощи дальномера или же микрометра Люжоля-Мякишева. Причем, поскольку база дальномеров была сравнительно невелика, их можно было размещать в боевой рубке. Соответственно, управляющий огнем не только быстро получал данные о цели, но и мог их оперативно транслировать к орудиям. Данный способ передачи расстояний в плутонги был намного лучше любых других вариантов.
Однако увеличение дистанций боя в русско-японскую войну потребовало иных подходов к организации огневого боя, и в том числе — перехода на залповую пристрелку «вилкой». Суть «вилки» заключалась в том, чтобы выставлять дистанцию пристрелочного залпа так, чтобы добиться недолета и перелета, тем самым определив интервал, где находится вражеский корабль-цель, а затем, «ополовинивая» этот интервал, «нащупать» огнем расстояние до цели. В то же время пристрелка залпами нужна была для того, чтобы исключить возможные ошибки наведения орудия и «шутки» теории вероятности. Эллипс рассеивания снарядов 6-дм орудия весьма велик, и при больших отклонениях от точки прицеливания может дезинформировать управляющего огнем, показав перелет или недолет там, где его не было. Уже много позже русско-японской войны практика таких стрельб показала, что в пристрелочном залпе следует иметь не менее четырех стволов.
Этим не существовавшим еще в 1895-1905 гг. требованиям «циферблатное» управление огнем «Пересвета», конечно же, не отвечало.
Недостаток №1. Малая дальность стрельбы по циферблату – уже в русско-японскую войну броненосцам приходилось стрелять дальше, нежели 43 кабельтова.
Недостаток №2. Ограничения по залповой стрельбе. Фактически, предусматривался только один способ залповой стрельбы, орудиями всех калибров разом. Индивидуальный сигнал для выстрела мог быть подан только на 6-дм орудия верхней батареи, то есть к шести 6-дм орудиям по три на борт. Но пушки в верхней батарее могли стрелять по одной цели лишь в случае, если эта цель располагалась на траверзе или же с небольшим отклонением от него. Таким образом, в большинстве боевых ситуаций пристрелка могла вестись не более чем двухорудийными залпами.
В то же время поражение цели посредством залпового огня предполагало его ведение со скоростью самых медленных орудий, то есть 10-дм, так как раздельное управление 10-дм и 6-дм пушками системой циферблатов не предусматривалось.
Недостаток №3. Отсутствие информации о готовности орудия к выстрелу. Циферблаты не предусматривали обратной связи, соответственно, управляющий огнем не владел информацией, готово ли назначенное им для пристрелки орудие. В случае пристрелки одним орудием этот недостаток не был существенным, так как при наличии задержки была возможность произвести выстрел из орудия, расположенного казематом ниже. Но вот при залповой стрельбе, в случае неготовности, залп даже из трех орудий легко мог «развалиться» на одиночные выстрелы.
Недостаток №4. Отсутствие возможности задавать разные боеприпасы к орудиям. К примеру, если управляющий огнем «Пересвета» захотел бы произвести пристрелку чугунными снарядами, разрывы которых были неплохо видны, а беглый огонь на поражение вести всем бортом стальными фугасными снарядами, то передать такую команду посредством циферблатов он не мог.
Недостаток №5. Дефицит стрелок. Стрелка расстояний показывала расстояния и только расстояния, а сигнальная стрелка – вид стрельбы либо запрет стрелять, и это было просто и понятно. Но вот стрелка направлений должна была показать целых три не связанных между собой сигнала – противника, по которому следовало стрелять, скорость броненосца и вид боеприпаса. Такая многозадачность не была удобной.
В целом же эффективная залповая стрельба посредством циферблатов «Пересвета» была не то чтобы совсем невозможной, но весьма затруднительной. Например, теоретически можно было бы ввести дополнительные сигналы: скажем, когда сигнальная стрелка показывает пристрелку, то тройной ревун – пристрелка из 10-дм орудий, причем изначально согласовано с командирами башен, что при такой пристрелке стреляет одна пушка на каждую башню.
Но практически, конечно, мало о чем-то договориться и условиться. Необходимо еще обучение, доводящее навыки до автоматизма: а вот с этим, как будет показано далее, у Российского императорского флота в преддверии русско-японской войны были немалые проблемы.
Но это позже, а сейчас перейдем к прочим способам связи командных пунктов с артиллерией.
To be continued ...
información